Дык на этом фоне любые лидеры бледно смотрятся. Не зряж на античку смотрят с восхищением уже третье тысячелетие.

Помню цитату Корнева охуенную, на эту тему:

"Рим был милитаризован настолько, что даже выборы высших представителей власти (консулов и преторов) поводились «поротно» и «побатальонно»: по цензовым центуриям, которые в древности представляли собой настоящие боевые части, к коим граждане были приписаны в порядке военного призыва. Рассуждая о римских политиках, нужно мысленно всегда прибавлять военное звание, даже если речь идет о персонажах, прославившихся своими сугубо штатскими заслугами. Не «историк» Саллюстий, а генерал Саллюстий; не «оратор» Цицерон, а группенфюрер Цицерон; не «братья» Гракхи, а полковники Гракхи; не «поэт» Вергилий, а штабс-капитан Вергилий, не «лирик» Катулл, а поручик Катулл и т.д. Скажем, «гуманитарий» Цицерон, при всех своих рассуждениях о себе как «человеке тоги, а не меча», в молодости под началом Суллы участвовал в боевых действиях Союзнической войны, а в бытность губернатором Киликии лично возглавлял карательные операции против местных горцев и даже был провозглашен солдатами «императором» (кандидатом на триумф). В промежутках между этим, будучи консулом, он без суда и следствия приказал замочить в сортире целую пачку римской золотой молодежи, по обвинению в экстремистской деятельности. После поражения при Фарсале и смерти Помпея антицезаревская оппозиция именно Цицерону предложила военное командование, как действующему императору и как самому старшему по званию из всех, кто остался жив. У Цицерона была прекрасная возможность героически погибнуть под обломками Республики в качестве ее последнего не только духовного, но и военного вождя. Но в этот момент группенфюрер в очередной раз вспомнил, что он «человек смокинга, а не фауспатрона»." ©

Такие дела.